Хайнц Готфрид Гибеляйн. Злая мачеха и догадливые дети

Делимся впечатлениями о прочитанном

Хайнц Готфрид Гибеляйн. Злая мачеха и догадливые дети

Сообщение Вырь » 29 окт 2019, 21:37

Короткая выдержка из книги Дж.Дж.Фрэзера "Фольклор в Ветхом Завете":

С другой стороны, по распространённому в Германии суеверию, если вы считаете свои деньги, то их у вас будет становиться всё меньше. В баварском округе Оберпфальц население думает, что нельзя считать хлебов в печи, иначе они не зададутся, а в Верхней Франконии, другом округе Баварии, говорят, что не нужно считать клёцки в кастрюле, потому что иначе "маленькие лесные женщины", которые очень любят эти клёцки, не сумеют стащить себе ни одной штуки и, лишённые любимой пищи, могут погибнуть, отчего леса непременно засохнут и пропадут. Поэтому, если вы желаете предупредить окончательное исчезновение лесов в стране, вы вынуждены отказаться от счёта своих клёцек. Такое же правило соблюдается и в Северо-восточной Шотландии, но по несколько иному поводу. "Когда в семье выпекли хлеб, не следует считать ковриг: феи всегда едят считанный хлеб, и его не хватит на положенный срок".


Вот так, считать что-либо открыто у многих народов мира было не принято, во избежание нехороших последствий. В конце концов, вести всевозможные подсчёты — праздно проводить своё время, "считать ворон", вместо полезных дел заниматься ерундой.

А ещё человек может совсем свихнуться на постоянном счёте, перейти границу добра и зла и превратиться в злобного монстра, как это описывает одна франконская сказочная история.

Современный очевидец о Франконии.

"Франкония — историческая область на юге Германии, получившая своё название от проживавших там некогда германских племен — франков — и расположившая свои городки и деревушки на живописных берегах Майна, среди холмов, склоны которых покрыты ровными рядами виноградников.

Всё время путешествия по Франконии невозможно избавиться от ощущения, что вокруг — ожившие декорации сказок братьев Гримм и что из стоящего по соседству аккуратного «пряничного» домика с белыми занавесками и непременной геранью на окнах обязательно выйдет старушка в чепце и переднике. Ну где ещё вы поужинаете на постоялом дворе, стены которого были построены в 1700 году и запомнили застолья офицеров наполеоновской армии? А еще представьте себе, что деревушки эти расположены среди живописных холмов, освещаются тёплым осенним солнцем и лежат всего в часе езды от Франкфурта-на-Майне — и вы поймёте, что сказка не закончилась после того, как мы неожиданно для себя стали взрослыми."

Бамберг — небольшой немецкий городок в Верхней Франконии, в течение восьми веков (нач. 11 — нач. 19) бывший столицей независимого епископства. К окончанию этого периода насчитывал около 20 тысяч жителей. Вся Франкония славится своим пивом, а в Бамберге особенно известен сорт Rauchbier — "копчёное пиво", названное так по специальной технологии поджарки солода.

Расположен Бамберг на семи холмах, поэтому имеет славу "немецкого Рима". Река Регниц пересекает город и впадает далее в Майн. Франкфурт-на-Майне находится примерно в 200 км к западу от Бамберга.

Что ещё? В Бамбергском соборе похоронен Климент II, единственный римский папа, нашедший последнее успокоение за Альпами, вдали от Италии.

Хозяином одной из многочисленных городских пивоварен Бамберга в конце 18 века стал Хайнц Готфрид Гибеляйн. Он родился примерно в 1745 году, и к моменту издания первого тома сказок братьев Гримм в 1812-м — был довольно уже пожилым человеком, всеми уважаемым бюргером и известным рассказчиком всяких занимательных историй.

Близкий родственник Хайнца Готфрида, скорее всего, двоюродный брат, Кристиан Гибеляйн (р. 1755), в царствование российской императрицы Екатерины II переселился в Россию, в Поволжье, где немецкие колонисты из Баварии и Лотарингии основали в 1766 году поселение Пфанненштиль, переименованное впоследствии в Мариенталь. В 1773 г. там побывал Паллас, нашедший у своих "двойных" соотечественников производство швейцарского сыра.

Но вернёмся из России в Германию. В начале 19 века, на волне всеобщего интереса к фольклору, энтузиасты стали записывать до сих пор неизвестные сказки и посылать их к издателям. Во втором томе, который братья Гримм подготовили в 1814, некоторые сказки даны с примечанием: "из майнских областей". Это и есть Верхняя Франкония.

Однако текст одной из таких историй, рассказчиком которой считается Хайнц Готфрид Гибеляйн, согласно архиву города Бамберга, так и не был напечатан ни в одном из сборников, выпущенных позже под редакцией знаменитых братьев-фольклористов. Что послужило этому причиной? Неизвестно.


Фамилия Giebelein является чрезвычайно редкой в Германии. Наверное, это связано со сложной системой восточнофранкских диалектов, в которую в числе уже майнфранкских входит и локальный бамбергский диалект. Вообще, немецкое существительное Giebel означает — вершина, верхушка, фронтон здания. Есть и другие значения:


Giebel I m -s, = кара́сь сере́бряный (Carassius auratus gibelio Bloch)

Giebel II m -s, = стр. фронто́н, щипе́ц

Giebel II m -s, = поэ́т. верши́на

Giebel II m -s, = разг. большо́й нос

Giebel II m -s, = разг. голова́ (ум), ум, смека́лка

(Allgemeines Lexikon)



Возможно, дальним родичем Хайнца Готфрида Гибеляйна был известный немецкий зоолог и палеоантолог, Кристоф Готфрид Андреас Гибель (1820 - 1881), родившийся в Кведлинбурге, расположенном в 270 км к северу от Бамберга.

Длинное предисловие закончено, пора представить саму сказочную историю, которая хранится в дальнем ящике бамбергского архива и только однажды была опубликована в журнале «Hochland: Monatsschrift für alle Gebiete des Wissens der Literatur und Kunst», в начале 30-х гг 20 века.


Изображение


Изображение


Злая мачеха и догадливые дети

(Перевод с немецкого)


В одном глухом лесу, вдали от всякого доброго жилья, обитал бедный охотник, по прозванию Ганс Гюртель. По молодости он влюбился в дочку знакомого соседа-богача, и они вместе сбежали от её родителей, надеясь всё же на скорое прощение.

Но не тут-то было! Старик-отец проклял с досады свою неразумную дочь, и ей пришлось привыкать жить в убогой лесной хижине, слушая по ночам рёв лесных голодных зверей.

Жена охотника рожала каждый год по ребёнку, и когда родила седьмого — названного в честь отца Гансом — то вскоре умерла от постоянных болезней и огорчений, которых в лесу и искать не надо, они сами приходят и накидываются на бедную жертву.

Погоревал охотник, поплакал на лесной могиле любимой жены, но делать нечего, стал он искать себе другую хозяйку, иначе ведь ему было не прожить.

И правда, нашлась ему совсем скоро новая жена!

Муттер Мюле, как она сама приказала всем себя называть, была вдовой недавно погибшего на войне солдата, у неё к тому же сгорело в прошлом году всё небольшое хозяйство, а своих детей никогда не было. Она была рада пойти к охотнику, пусть даже в лесную чащу, да с крышей над головой.

Теперь для каждого в доме было отведено своё особое дело или важная забота; никто из старших ребят с той поры больше не глядел просто так в окно, не играл с собакой или кошкой: некогда было, все старались угодить мачехе! Свои тайные мысли и желания, однако, Муттер Мюле всегда держала при себе, только иногда позволяя порассуждать о них вслух, наедине с собой, когда никого и близко не было.

Однажды маленький Ганс, а исполнилось ему уже тогда ни много ни мало, а целых пять лет, забрался в большой ларь с разными старыми вещами, которые редко кому были нужны, и притаился там из озорства. Он хотел кого-нибудь напугать из своих старших братьев и сестёр, но испугаться пришлось ему самому.

Он в щёлку увидел, как Муттер Мюле вышла из хлева, где только что кормила свиней, и присела на ларь с Гансом внутри. И начала она сама с собой говорить, а Ганс внимательно слушать.

— Ну вот, пять свинок у нас уже растут, на зиму двух самых больших заколем, самим мяса надолго хватит и продать можно будет порядочно... Больше пяти не выкормить: едят и гадят они много, уборка и починка хлева с корытами времени и рук требует, хватит и пяти, ладно уж...

Новая мысль пришла в голову Муттер Мюле, она оживлённо поёрзала на крышке ларя и снова тихо заговорила, незаметно оглядываясь по сторонам.

— Свинок-то у меня пять, а чужих ребятишек целых семеро... Куда их столько? Ей-богу, двое младших лишние, от них толку мало, не умеют ничего, только играть бы им да есть просить! Что же мне с ними поделать? Пожалуй, можно избавиться по-тихому, как бы невзначай...

Муттер Мюле замолчала, а маленький Ганс зажал рот, чтобы не закричать со страху. Через некоторое время мачеха ушла по своим делам, и Ганс смог незаметно выбраться из ларя. Никому рассказать о подслушанных словах Муттер Мюле он не посмел, ему бы просто не поверили, такому озорнику-малышу.

Ганс решил следить за мачехой и быть всегда начеку, чтобы не попасть ненароком в ловушку. Прошло несколько дней, и он решил всё же поделиться страшным секретом с сестричкой Лизой, ведь и её мачеха собралась сжить со свету.

Лиза внимательно выслушала братца Ганса и сразу кое-то придумала.

— Мачеха постарается нас задушить ночью, когда все крепко спят. Мы должны вместо себя положить набитые тряпьём мешки, а сами спрячемся под кроватью!

И верно, так Муттер Мюле и решила вначале сделать — придушить Ганса и Лизу подушкой, поди потом, догадайся, отчего дети утром не проснулись! Она несколько дней готовилась, проверяла по ночам, не скрипят ли половицы и дверные петли, и наконец решилась на своё подлое дело.

В самый мёртвый ночной час, когда все домашние видели десятый сон, мачеха поднялась с постели, подошла к кроваткам двух ребятишек и стала душить их своей большой подушкой. Ей показалось, что дети вырываются, но это Ганс и Лиза били из-под низу пятками, а потом затихли.

Мачеха ушла в полной уверенности, что со щенками покончено, и спокойно легла спать.

Утром все дети встали, а Ганс и Лиза лежали в постелях неподвижно, изображая мертвецов. Все перепугались, стали тормошить детей, а Муттер Мюле притворно запричитала, изображая горе:

— Ах вы, мои деточки, кто же это с вами сделал?

Ганс и Лиза открыли глаза и рассказали, что кто-то ночью их душил, но они обманули злодея, притворившись мёртвыми. Старшие братья и сёстры решили брать их к себе в постели на ночь, чтобы никто больше не смог такое совершить.

Целую неделю всё было спокойно, мачеха выжидала и готовила новое злодейство. Ганс и Лиза тоже времени даром не теряли и придумывали способы, как бы ей помешать и остаться в живых.

На второй раз Муттер Мюле придумала вот что. Решила она отвести детей рано утром в лес, в самую глушь, и оставить их там на съедение диким зверям. Ещё до рассвета, подняла она Ганса и Лизу с постели и повела их будто бы собирать ягоды — все дети любят сладкое варенье, пусть помогут Муттер Мюле набрать корзину земляники!

Ганс и Лиза не стали поднимать шум, а послушно пошли вслед за мачехой, но маленький Ганс решил запоминать дорогу и делать знаки на деревьях, чтобы можно было вернуться домой. У него был припасён для этого ножичек, и он ещё потихоньку срезал небольшие ветки и бросал их на тропинку.

Муттер Мюле отвела детей как можно дальше в лес, а потом незаметно скрылась. Она пришла обратно домой и сказала всем, что непослушные Ганс и Лиза убежали от неё в чащу и пропали без следа. Ей поверили, но через два дня дети вернулись, чуть живые, искусанные лесной мошкарой и ужасно голодные. И опять они никому не признались в своей страшной тайне.

Остановиться в этом деле уже было нельзя, всё зашло слишком далеко! Мачеха поняла, что дети просто дурят ей голову и никому не говорят о своих догадках, ведь пока не пойман — не вор. Она решила завтра же покончить с ними любым способом, иначе вся правда о прежних случаях вышла бы наружу, рано или поздно.

Ганс и Лиза догадались, что им нужна помощь старших братьев и сестёр и всё им наконец рассказали. Все вместе они придумали, как провести злую мачеху.

Наступило новое утро. Муттер Мюле вышла во двор и сразу же увидела, как несносные противные дети играют на самом краю колодца и о чём-то громко смеются. "Надо мной потешаетесь? Ну погодите, маленькие разбойники!" — подумала мачеха, подбежала и столкнула обоих детей прямо в колодезную глубину. Столкнула и спокойно пошла кормить своих любимых свинок.

Каково же было её удивление, когда за завтраком она увидела всех своих семерых приёмышей! Они молча встали из-за стола и смотрели на неё, крепко держась за руки. Мюттер Мюле в испуге попятилась, упала на пороге, кое-как поднялась и бегом припустила прочь. Никто не стал её догонять.

Как же маленьким детям повезло не утонуть в глубоком колодце? Они заранее привязались тонкими прочными верёвками, но громко кричали, когда мачеха их сталкивала, так её и обманули. А старшие дети, укрывшись, всё видели и быстро вытащили Ганса и Лизу из воды.

Больше Ганс Гюртнер не приводил никого и никогда в свой дом.

Изображение

Изображение

В качестве иллюстраций — картины Феликса Шлезингера (1833-1910).
Вырь
 
Сообщений: 666
Зарегистрирован:
29 июл 2019, 15:16

Re: Хайнц Готфрид Гибеляйн. Злая мачеха и догадливые дети

Сообщение Вырь » 27 ноя 2019, 07:22

В России род Гибеляйнов прервался во второй половине 19 века, судя по сохранившимся документам (Иоганнес Гибеляйн р.1877, Мария Гибеляйн (ур. Шпис) р. 1879, их дочь (?) Катарина Гибеляйн р. 1899).
О том, что происходило с оставшейся ветвью в Германии, мне не удалось узнать пока вообще ничего, к большому сожалению.
Только мелькнула какая-то третьестепенная актриса 60-х, Катрен Гибеляйн, "последняя Гибеляйн", и всё. Фамилия Giebelein поменяла своё написание по какой-то причине на Gebelein (слова Gebel нет в немецком).
Безжалостное время стирает следы прошлых событий.
Что будет с современной Германией через 30-40 лет, представить решительно невозможно.
Вырь
 
Сообщений: 666
Зарегистрирован:
29 июл 2019, 15:16


Вернуться в Литературный уголок

Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 7